Хроники умственной лени
Мозги как мармелад. Читать что-то совсем серьезное не могу и не хочется. Вообще какая-то умственная лень. Хотя исторические (из жизни XVIII века) детективы Джанет Глисон, подаренные мне mouglas, нравятся. К переводчику с редактором в некоторых местах есть претензии, но это профессиональное уже. К тому же переводчиком дух и стиль добропорядочного буржуазного Лондона (в одном романе дело происходит в доме ювелира, другой я еще не начинала читать) проигнорирован, в то время как в оригинале он очень хорошо отражен стилистически.

И как-то неожиданно легко прочлись "Пути небесные" И. Шмелева, которые раньше как-то мимо меня прошли, а теперь благодаря dolorka попали в поле моего зрения. Ах, какой там московский гламур, как он это вкусно пишет! И чулочки, и чепчики, и платья, и что там в ресторанах ели, и как цыгане пели у "Яра"! Причем читала я это очень сильно невыспавшаяся и слегка нетрезвая (это когда номер на второй работе сдавали), забавно звучало: "А что, пятой полосы мне не будет? Ну еще книжечку почитаю. Уаааау, какой гламу-у-ур, сто тридцать лет назад он тожебыл, правда, правда, ааааах!" Ну и как идеологический и эстетический противовес московскоум гламуру очень чисто, нежно и при этом совершенно реалистично и материально описана жизнь в усадьбе. Чмтаешь - и чувствуешь.

А в целом... Прекрасный бытописатель, документалист и значительно более слабый романист. Вариация на тему Мельникова-Печерского. Но писал он на 70 лет позже и о том, что было дорого ему самому (в отличие от старообрядцев, представлявших для Мельникова-Печерского лишь этнографический интерес, поскольку сам он был чиновником Синода и имел с ними дело по службе) и безвозвратно кануло, причем очень катастрофично и кроваво. Отсюда этот надломленный тон даже в повествовании о безоблачных днях и о веселых событиях, который ни с чем не спутаешь и который так очаровывал в первых главах "Черной книги Арды" - у Шмелева это есть, у Мельникова-Печерского отсутствует начисто. Ну и различие в том, что Мельников-Печерский вообще никакой фабулы не планировал, роман писать его чуть не силком заставляли, чтобы его прекрасные зарисовки быта и природы прочло как можно больше людей, а у Шмелева сильна еще и идеологическая составляющая (а значит, и сюжетная), хотя она в романе получилась довольно слабо, несмотря на старания и усилия, - таланту не хватило, не вытянул.