Полина Ф. (estera) wrote,
Полина Ф.
estera

Categories:

Нелюбимый жанр: поток красивостей ни о чем

И - да! - дежурное: простите за пафос.

Я не умею любить - я и влюбляться-то не умею толком, одно только дымно-сиреневое - именно что дым и сирень, июньские лилово-розовые матовые закаты, сосновая смола в воздухе, пыль и новолунное - "мне нужно то, чего нет на свете" (даже не "тот, кого нет на свете"!)... и всего-то после бутылки пива в черт-те какие трущобы, по каким-то насыпям, в шифоновом платьице, с голыми коленками и плечами, не обращая внимания на пьяные компании (и они как не видят меня), обламывая каблуки, набирая в босоножки камней, не боясь оцарапаться о ржавые рельсы - в тупичке ждать туркестанский экспресс.

Но и это - когда было! Сейчас серое, мутное и затяжное, как раннеосенний дождичек, как потемневшая, но еще не желтеющая зелень, как выпуклое и тяжкое - горельеф, смотрящий вниз, - небо цвета посеревшего и растрескавшегося за столетия алебастра (статуи в Летнем саду). Осень, осень - весь год, сквозь год, "от золота к золоту", вопреки всем законам природы не ante aurum, a post aurum: сквозь зиму, и зима дождит, и весна сродни осени - холодная, острая по коже и унылая, и даже лето - лето - лето...

А все было так, как нам и говорили -
Дождь идет четвертый день, его хватает - его хватило! - на всех...

Золота, золота, золота, золота - сколько было сини и золота, и начиналось все - для сини и золота. Никто не помнит уже - лист запутался в волосах, по цвету неотличимый, и мои закоченевшие от осеннего утренника пальцы его не удержали - вот он парит, подхваченный ветром, и плавно опускается на сине-золотое зеркало пруда, отражающее облака - выпуклые и белые, белые, как алебастр - еще нетронутая временем Психея в Летнем саду.

Ничего нет - ничего не было - все осталось там, приснилось, когда я была еще там, в яви, вне сна Спящей красавицы - где звонкие снега и туманно-голубое, седоватое январское небо, и капель, и пыль, и сирень, и полнолуния, и дымно-янтарная томность июля, и золото, и хрусталь. Но здесь, в единственной знакомой мне реальности - реальности замка принцессы Авроры - сколько мне еще тут быть? - окаменевшее пламя в светильнике, застывшее и потрескавшееся от столетий дождя и от соленого приневского тумана мраморное тело Амура - он уже не чувствует ожога, - и небо горельефом, и ни пряди золота в темно-лаковой, тяжкой листве...

UPD для знающих латынь: я правильно написала "до золота" и "после золота"? Или как нужно?
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 8 comments